О Николасе Уинтоне, которому «не нравится слава» уже знает весь мир. 1 июля 2016 года этот герой скончался в Великобритании в возрасте 106 лет. Почти шесть тысяч человек, которые считают сэра Николаса Уинтона своим отцом, а себя – его благодарными детьми, желали ему до 120-ти здоровья и благополучия.
…Эта история так и осталась бы никому неизвестной, если бы в 1988 году жена Николаса Уинтона, маклера лондонской фондовой биржи, разбирая бумаги не наткнулась на потертый портфель с пожелтевшими тетрадями, исписанными убористым почерком мужа – сотни незнакомых имен и адресов, а еще множество фотографий, бланки, квитанции. Припертый вопросами к стене, Николас неохотно рассказал семье то, о чем молчал почти 50 лет. О том, как в 1939 году он вывозил из предвоенной Европы еврейских детей и пристраивал их в приемные семьи в Англии, и таким образом ему удалось спасти от верной гибели 669 ребенка.
«Неужели тебе не интересно, как сложились судьбы этих детей?» – удивилась миссис Уинтон и решила сама взяться за дело. Ей удалось связаться с супругой медиамагната Р. Максвелла, и вскоре эта история стала известна журналистам. Лондонская «Sunday Mirror» опубликовала большую статью и на двух разворотах напечатала весь список «детей Уинтона», а на канале ВВС в передаче «That’s life!» популярная телеведущая зачитала все 669 имен спасенных детей с просьбой откликнуться. Кто же он, этот Николас Уинтон, ставший в одночасье героем и знаменитостью, награжденный высшими наградами Чехии и Великобритании? Кто этот человек, который, стесняясь кинокамер, говорит: «В моей жизни не было больших успехов. Эта операция – лучшее, что мне удалось сделать. Мне не нравится слава, я поступал совершенно естественно и обычно».
… Его родители в 1907 году эмигрировали из Германии в Англию, приняли крещение, и, сменив еврейскую фамилию Вертхаймер на Уинтон, стали ревностными прихожанами баптистской церкви. Никки, даже не получивший аттестата об окончании школы, нашел работу мелкого банковского клерка и был вполне доволен жизнью. Зимой 1938 года, не особо вникая в сложную политическую ситуацию в Европе, он собирался встретиться со своим другом Мартином в швейцарских Альпах и провести рождественские каникулы, катаясь на лыжах. Однако неожиданный звонок из Праги спутал все планы. Мартин, который работал в посольстве Великобритании в Праге, не вдаваясь в подробности, отменил совместный отпуск и попросил Никки срочно приехать: «Мне очень нужна твоя помощь!» Здесь необходим небольшой экскурс в историю, чтобы понять, чем была вызвана столь отчаянная просьба Мартина Блейка о помощи.
…В 1938 году около трех миллионов немцев, проживающих в Судетской области Чехословакии дали убедить себя, что они страдают под славянским гнетом, и потребовали воссоединения со своей исторической родиной – Германией. Опираясь на это сепаратистское движение судетских немцев, Гитлер заявил, что не может оставить в беде братьев по крови и начнёт войну, если не получит Судеты. Переговоры, в которых участвовали премьер-министры Великобритании, Франции, Италии и рейхканцлер Германии длились почти полгода и 30 сентября 1938 г. завершились подписанием преступных Мюнхенских соглашений, ставших кульминацией в "политике умиротворения" Гитлера: отторгнутые у Чехословакии Судеты превратились в Судетенланд. У. Черчилль высказался об этом событии исторической фразой: «Англии был предложен выбор между войной и бесчестием. Она выбрала бесчестие и получит войну». Начался исход, а, вернее, паническое бегство из Судет: чехи, немцы – антифашисты, евреи, которые после "Хрустальной ночи" уже не могли тешить себя иллюзиями, что «всё успокоится». 160 тысяч беженцев устремились в Прагу, надеясь найти там помощь и поддержку. Англичане, испытывавшие угрызения совести из-за Мюнхенского соглашения, через Британский комитет помощи беженцам и Международный Красный Крест организовали вокруг Праги лагеря для бездомных растерянных людей, ставили походные кухни, раздавали одеяла. Но главное, они начали выдавать беженцам эмиграционные визы с правом временного пребывания в Англии. …Работы было невпроворот, в посольстве сотрудников катастрофически не хватало, и Мартин попросил Никки взять на себя заботу о детях – беженцах, которых предстояло эвакуировать в Англию. Никки сразу согласился, не представляя, на какой титанический труд он себя обрекает.
В январе 1939 г. Никки вернулся в Лондон с составленным им списком, в котором было около 2 тысячи имён детей от двух до семнадцати лет. Он обратился в организацию «Движение по спасению детей из Германии», но получил отказ – «мы и так завалены работой». Другой бы развел руками – мол, на нет и суда нет, но Никки Уинтон решил не отступать и действовать самостоятельно на свой страх и риск. В типографии он заказал бланки «Британский комитет помощи беженцам (детская секция)» с адресом своего отеля в Праге. Чтобы найти детям приют, он разослал запросы во все мыслимые и немыслимые благотворительные организации, школы, пансионаты, коммуны и частным лицам. Дело в том, что МВД давало разрешение на въезд детей на территорию Англии только при наличии юридически заверенного согласия принимающей семьи содержать ребенка. Николас работал с утра до ночи и без выходных: нужно было посетить все семьи, убедиться, что люди настроены лояльно к еврейским детям, оформить нужные документы. У него была единственная помощница – его мама, Барбара Уинтон. Ему удалось организовать и отправить в Англию семь поездов. Дети ехали из Праги через Германию, Голландию, потом – паромом через Ла-Манш до порта Хэридж и снова поездом до Лондона. Здесь Никки встречал каждый свой «киндер-транспорт» и под расписку передавал каждого ребенка в семью.
Спасенных могло бы быть и больше: поезд с самой большой группой – 250 человек – должен был выехать из Праги 1 сентября 1939 года. Но в тот день началась Вторая мировая война, и нацистский рейх закрыл границы. Николас Уинтон позднее вспоминал: «Через несколько часов после объявления о начале войны поезд отменили. Никого из 250 детей, которые должны были тогда уехать, позднее найти не удалось. 250 приемных родителей напрасно ждали их тогда целый день на вокзале в Ливерпуле. Всего лишь днем раньше поезд бы проехал. Это одно из самых тяжелых моих воспоминаний». В 2009 году, ровно через 70 лет с того момента, когда из Праги так и не уехал последний из "поездов Уинтона», с Главного вокзала отправился мемориальный состав – в нем ехали несколько десятков спасенных им детей. А на Ливерпульском вокзале Лондона возле памятника детям из «киндер-транспорта» их встречал Никки, без которого их не было бы на свете…
